а мы живыми хоть вернемся?
собственный голос пульсирует где-то на задворках разума, терзая уставшие глаза обрывками воспоминаний. все это напоминает дешевый брейнданс, купленный у сомнительного типа в самом бедном районе найт-сити. длинные коридоры, яркие вспышки, свист пуль и неоновые вывески; все смешалось воедино и в этой изнурительной какофонии он снова ощущает едкий запах свинца и крови. мама уэллс поджимает губы и опускает глаза, а мисти просит оставить ее одну.
они знали, что этим все закончится. и ви тоже знал.
знал, но почему-то пошел на поводу, всецело поверив в их совместную мечту.
он снова проживает этот день и винит себя за то, что согласился. за то, что позволил ему умереть.
высшая лига! доволен, джеки?
он больше не злится: ярость утихла, оставив после себя необъятную пустоту. его мир померк, разбился на тысячи осколков и потерял смысл. у него не осталось сил бороться даже за собственную жизнь.
умирать, как оказалось, не страшно.
ви открывает глаза, яркое полуденное солнце слепит и мир вокруг начинает плыть. картинка нечеткая и помехи отдают в голову нестерпимой болью. он переворачивается на бок, принимает позу эмбриона, сжимая голову ладонями, наивно пологая что это хоть как-то поможет унять боль. чей-то голос взывает к нему, но ви настолько слаб и изможден, что не в силах ответить.
он вновь проваливается в темноту.
с̴̢̡͖̰͚̊̑͛̈́͝б̶̮̺̍͒̈͂̂о̵̗̘̬̅̽̄̅й̴̨̧̛̙́̒̿̕ ̵͓̲͉͊̂́͐͟в̴̭͇̑ ̶͈̈́р̶̠̻͑̊̈́а̴̜͐̃б̵̤̓̀͂͊ӧ̸̡̟̝̰̩́̀́т̸͍̌̂̓е̴͚̿̑̃̎̿ ̷͖͕́́̒ͅб̶̢̦̖̀̃и̸͔̽̈о̵͇͇͈̯̒̒̈́ч̷̨͎̩̂̂́̚͝ͅи̴̫͐̌п̶͍̗͂̿̈̈́̈ͅа̶͖̣̌
ви не видит снов, он видит обрывки воспоминаний, который даже ему не принадлежат: сцена, микрофон, бушующая толпа фанатов, тусклый свет посмертия и длинные коридоры арасака-тауэр. нужно признать, у джонни сильверхенда была насыщенная жизнь. ублюдок натворил немало делов и забрал не мало жизней с собой в могилу. настоящий рокер. или долбоеб, уничтоживший все к чему смог прикоснуться.
чужие воспоминания ярче собственных: ви роется в них, словно в грязном белье. отвращение и злость селятся где-то глубоко внутри, когда он видит заносчивый характер джонни и людей, которым он причиняет боль. самовлюбленный говнюк, идущий по головам и преследующий только свои цели.
ви приходит в себя в холодном поту и кое-как пытается подняться. все что у него получается — сесть на колени. голова разрывается на части, боль настолько сильная, что он сгибается от рвотных позывов и вся пища, съеденная накануне вырывается изо рта зловонной массой. ублюдок, поразитирующий в его мозгу рядом. куда же без него.
винсент не смотрит на джонни, но чувствует его настроение: эта угрюмая, саркастичная голограмма в очередной раз пытается озвучить свое дохуя важное мнение. мнение, которого никто и никогда не спрашивал.
за то небольшое время, что они вместе, винсент уже запомнил его основные привычки и манеры.
арасака то, арасака се. смерть корпорациям.
он словно дед: пердящая старость никак не может успокоиться даже после смерти, вообразив себя центром вселенной. настоящий, долбанный псих. террорист, погубивший множество жизней. такие как он должны быть стерты с лица земли и навсегда забыты, но вместо этого, джонни воскрес, и теперь пытается отобрать чужое тело и возобновить войну.
личное проклятие арасаки.
персональный кошмар ви.
ви тяжело вздыхает и вытирает рот рукавом, садится, прижимаясь спиной к холодной стене. в голове банальное лучше бы я сдох и кислый привкус рвоты во рту. винсент сгибает ноги в коленях, упирается в них локтями и закрывает лицо руками, массируя виски. вечерняя прохлада пронзает до костей и он ежится от холода.
— я до последнего надеялся что это сон, — его голос тихий, немного охрипший, — ты взял контроль над моим телом?
само осознание того что винсент уже не владел своим телом как раньше, пугала его до чертиков. виктор предупреждал что биочип в постоянной работе: медленно, но, верно, он стирает его личность и записывает поверх нее личность сильверхенда. процесс необратим и выхода, как такового нет.
но чтобы сделал джеки, оказавшись в подобной ситуации? опустил бы он руки? сдался бы без борьбы?
как просто рассуждать. как просто дать себе ложную надежду.
винсент запрокидывает голову и медленно поворачивает ее, осматриваясь по сторонам. старый балкон захламлён всяким мусором и выглядит почти так же как любой другой переулок санто-доминго. он поднимается и медленно бредет, игнорируя джонни, опирается об перила и с высоты осматривает опустелый город. тут не живут, тут влекут жалкое существование отбросы, неспособные выживать в суровых современных реалиях.
— так это и есть пасифика? слышал что здесь уровень киберпсихоза в разы выше, чем в других регионах, — ви хмурится и поворачивается к джонни, — заманил меня сюда, чтобы я побыстрее отъехал? — кривая ухмылка проскальзывает на его лице.
звуки выстрелов пронзают тишину, где-то слышаться крики: очередная борьба за мнимую территорию или дешевые киберимпланты.
— ладно, шутки в сторону, — ви заводит руку за спину, проверяя наличие револьвера, припрятанного за поясом джинс, — на кой хер ты меня сюда притащил?
